Отзывы о враче хирург онколог мясников в пензе прием

Плановую госпитализацию «заморозили». Чем это обернется для нековидных больных, которым требовалось плановое лечение? Двое больных из Санкт-Петербурга, страдающим редким заболеванием муковисцидозом МВ, генетическое заболевание, нарушающее работу легких и других органов , и одна в Перми погибли из-за госпитализации в непрофильные клиники в первую волну коронавируса.

«Медицина сработала, как могла»: чем обернулся запрет на плановую госпитализацию из-за COVID-19

И это отлично демонстрирует фотопроект «Мой врач — самый лучший», первыми участниками которого стали пациенты Петербургского онкоцентра. Он как дань уважения медикам, ежедневно вытаскивающим своих пациентов буквально с того света.

Надежда Анатольевна и заместитель директора по медицинской части хирургической помощи Виталий Егоренков. Разговаривать он согласился охотно и всю историю поведал на позитиве. А поведать было что. Это выздоровление можно назвать чудом.

У Степана Агейчика был мелкоклеточный рак желудка. Мне тогда было 58 лет. Врач в поликлинике начал прощупывать живот и определил, в какой области я испытываю боли. Там мне повезло. Молодой хирург сразу правильно поставил диагноз и даже не стал меня оперировать, а направил меня на КТ и ФГДС с биопсией. После чего заподозрили рак.

Немного удивительно, что я ничего не почувствовал. Был растерян, но и только. Как только мне сказали о диагнозе, я начал прислушиваться к врачам и исполнять рекомендации специалистов.

Потому что больше ничего делать невозможно, а это — самое правильное, я считаю. Я потом, когда лежал в больнице, видел других пациентов, которые лезут в интернет и читают там о своей болезни. Говорил им: закройте и не лезьте туда читать, слушайте врачей, которые лучше знают, что и как делать, и вместе шаг за шагом вы придете к результату.

Это был уже август года — я помню, что он ездил в Москву насчет своего лечения, я ждал его возвращения. Планировал делать у Павленко операцию, но, внимательно изучив меня, он сказал, что делать мне операцию нельзя, потому что я могу умереть прямо на операционном столе. И меня из этой больницы выписали. Степан Агейчик и онколог химиотерапевтического отделения Гамзат Инусилаев. Фото предоставлено Петербургским онкоцентром Я ждать не стал, потому что времени у меня оставалось мало.

Взял у районного онколога направление и в начале сентября отправился в Петербургский онкоцентр. Там, кстати, немало людей лежало после других больниц. Хирурги тоже сказали, что оперироваться мне нельзя. Мой врач — Гамзат Салманович — сказал: «Берем и лечим». И я ему поверил. Сначала мне переливали кровь, ждали, пока я немного окрепну, а затем начали химиотерапию и иммунотерапию.

Конечно, пока коронавируса не было, было значительно проще. Потом — а часть моего лечения выпала как раз на время пандемии — стало сложнее. Ездить было опасно — ведь мы входим в группу риска. А врачам и того сложнее. А потом я заболел коронавирусом. У меня должна была быть восьмая химиотерапия, но анализы моей крови были плохие, и на терапию меня не брали.

После выздоровления же направили на исследование, потому что прошло много времени и делать химиотерапию без актуальных данных врачи не хотели. И вот тут оказалось, что на стенке желудка у меня остался рубец как после язвы, а биопсия показала, что раковых клеток больше нет. С помощью иммунотерапии организм смог разрушить эти клетки и вывести их. Сейчас меня выписали.

Обследование нужно проходить пока раз в три месяца, затем буду приходить раз в полгода. У меня слов нет, чтобы благодарить сотрудников онкоцентра и в первую очередь моего лечащего врача. Они живут вместе с нами, переживают вместе с нами. Я молюсь за них. Рак желудка — злокачественная опухоль, происходящая из эпителия слизистой оболочки желудка.

Является одним из наиболее распространенных онкологических заболеваний. Может развиваться в любом отделе желудка и распространяться на другие органы, особенно пищевод, легкие и печень. В ее семье не было случаев заболевания раком, и она даже не думала, что он может появиться.

Рассказывая свою историю, Надежда Федоренко срывается на слезы — от пережитого ужаса и нынешнего счастья. У женщины была липосаркома. Стала мучить слабость, и температура тела внезапно понизилась до 35—36 градусов.

Я пошла к терапевту, прошла назначенные врачом обследования. Все было нормально. И почка была здорова, и надпочечник. Были только небольшие проблемы с поджелудочной железой. И я спокойно поехала в отпуск в Краснодарский край. Чувствовала я себя неплохо, но были боли в области паха и поясницы. Впрочем, у меня есть протрузии позвоночных дисков, я списала боли на них. А на обратном пути у меня вдруг поднялась температура. Я подумала, что это цистит, стала пить нужные лекарства и снижать температуру.

Стало легче, но только на время. Потом температура снова стала появляться. Я обратилась к хирургам. Они меня обследовали и нашли опухоль — липосаркому в забрюшинном пространстве. И еще сказали, что внутри опухоли лопнул сосуд, и именно это давало температуру.

Я, конечно, ужаснулась. Я ведь проходила обследования в марте, делала в том числе и УЗИ. А в конце июля того же года почка и надпочечник уже оказались окутаны опухолью. Я современный человек и знаю, что саркома — очень агрессивная опухоль. Мне было страшно, я даже всплакнула. А потом меня взяло такое зло на эту болезнь! Подумала: нет, я буду бороться, просто так не сдамся. И обратилась в онкоцентр. При первой же встрече врач Виталий Викторович сказал: «Быстро в палату!

Даже опомниться не успела. У меня оперативно взяли все анализы и буквально в считаные дни, 7 августа, сделали операцию.

Врач не стал сомневаться, начал действовать. Я была спасена. Мне потом сказали, что удалили три килограмма пораженной ткани для сравнения: почка человека весит до граммов, надпочечник — до 70 граммов. Делать химиотерапию не стали — такие клетки препараты не берут. Рекомендовали регулярное наблюдение. И спустя два года, уже в году, опухоль появилась опять. Ее опять обнаружили на компьютерной томографии. В этот раз я уже не так сильно испугалась.

Определили мне опухоль 26 мая. Я тогда как раз собиралась на Кавказ. Должна была 30 мая улетать. Но Виталий Викторович сказал, что медлить нельзя, и 30 мая я легла в больницу. Хирургу я верила бесконечно. Он — волшебник, очень ювелирно провел операцию.

И я чувствую себя человеком. Сейчас я снова живу и надеюсь, что все будет хорошо. Липосаркома — злокачественное новообразование, клетки которого имеют тенденцию превращаться в жировые. По частоте занимает второе место среди злокачественных опухолей мягких тканей. Эти опухоли редко встречаются у детей; частота их возникновения увеличивается с возрастом, достигая наивысшего уровня у людей 50—60 лет.

Липосаркомы могут поражать любые участки тела, но все же чаще отмечаются на нижних конечностях, особенно на бедре и в области коленного сустава, а также в забрюшинном пространстве. Когда ему поставили диагноз, он хорошо осознавал все опасности.

Но был уверен: главное — позитив. И заражал этим оптимизмом всех своих товарищей по больнице. У него был рак кишечника.

Мясников Дмитрий Александрович в Воронеже

.

Областной онкологический диспансер

.

Мясников Дмитрий Владимирович

.

.

ПОСМОТРИТЕ ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Прямий ефір лікарем-хірургом-онкологом/ Онколог Днепр

Хирурги в Чите

.

.

.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Вирусная кератома и нано бальзамы. Хирург онколог Дощанова Р.Х.

Комментариев: 2

  1. gabibullaevd:

    Я бы то же сказала бы про свекровь! timofeitch60,

  2. madam1951:

    “Пришел я к горестному мнению